(no subject)

[dinasty]

Летали с мужем. То есть, он летал, а я в роли багажа. Хотели перелететь Альпы и там в Италии где-нибудь погулять.
А в Альпах был ветер. Тут надо сделать отступление в сторону метеорологии (когда мне станет совсем нечего рассказывать, я вам буду пересказывать свои конспекты по метеорологии, там много). Ветер - это довольно простой концепт. Воздух дует из областей высокого давления в области низкого, по пути искривляясь в соответствии с вращением Земли, а также обходя всякие препятствия. Например, горы. Если ветер дует, а поперек потока у него оказывается горная цепь, то он будет пытаться подняться вверх по склону, и, в зависимости от силы ветра, может и преуспеть. Наверху он встретится с ветром, который в более высоких слоях атмосферы продолжал дуть по горизонтали, и собьет с толку еще и его. С подветренной стороны гор эти воздушные массы покатятся по горе вниз, попутно усиливаясь. В результате всего этого с подветренной стороны гор образуются так называемые подветренные волны на уровне пиков, в долинах - сильные ветры, над горами - турбулентность. Если гора на пути ветра не одна, а несколько рядов подъемов и спусков, то турбулентность усилится, а подветренные волны могут смешаться и уменьшиться, а могут срезонировать и усилиться. Турбулентность и сама по себе - штука неприятная, но еще хуже - в сочетании с ускоренно нисходящими потоки воздуха. Потому что когда вы летите над горами, этот поток будет пытаться прибить вас к земле. А вместо земли у вас горы, сесть там особо негде, увернуться тоже некуда, а скорости потока бывают такие, что у маленького самолетика тупо не хватит мощности мотора, чтобы набирать высоту быстрее, чем его сносит вниз. Поэтому в горах летать вообще опасно, а особенно опасно во время сильного ветра.
Так вот, в тот день, когда мы хотели перелететь через Альпы, был как раз такой ветер. Все эти штуки довольно неплохо прогнозируются и моделируются, поэтому предупреждение о турбулентности в прогнозе на день висело. Но во второй половине дня оно заканчивалось, скорости ветра уменьшались, мы понадеялись, что оно рассосется, и полетели.
И пожалели, конечно. Потому что подветренные волны показали себя во всей красе. Среди них были и восходящие потоки, мы один поймали, но больше не смогли. А нисходящие нас с высоты быстренько стащили обратно на уровень вершин гор и радостно там катали. Очень, знаете ли, нервно видеть в окно самолета горы прямо рядом с собой и не иметь никакого способа подняться выше. Нашими маневрами заинтересовался диспетчер на радио, спросил, все ли у нас ок. После паузы пришлось признать, что у нас не ок, и мы лучше повернем обратно, чем все-таки воткнемся в одну из окружающих нас гор. В голосе диспетчера, спрашивающего, нужна ли нам дополнительная информация, явно слышалось облегчение: если бы мы там воткнулись, к нам бы и помощь отправить не получилось - в такую погоду нет дураков в горы лезть. Кроме нас.
Мы были очень рады, когда вернулись в точку отправления.

***
В крупных аэропортах, где одновременно летают маленькие самолеты и коммерческие авиалайнеры, маленькие самолеты принято недолюбливать. Потому что, во-первых, мы - сравнительно непредсказуемы. В том смысле, что у авиалайнера есть план полета и четкие процедуры, а мне может захотеться полететь налево, а потом сразу направо, и если только воздушное пространство не закрыто, никто мне этого сделать не помешает. То есть, диспетчер на аэродроме может вести авиалайнер, буквально, не просыпаясь, по чек-листу, а от меня он постоянно ожидает подвоха. Во-вторых, даже если я решу следовать процедуре, мои скорости со скоростями авиалайнеров несравнимы. Заходя на посадку, я буду там ползти по глиссаде раза в полтора, если не в два медленнее лайнера, занимая, соответственно, в два раза больше времени, и не позволяя больше никому в это время сесть. А потом еще буду медленно тащиться до съезда со взлетки и плестись по полосе рулежки со скоростью пешехода. Плюс, поскольку мы легкие, а лайнеры - тяжелые, нас нужно от авиалайнеров держать подальше, потому что от них - сильная турбулентность, и нам это может быть опасно. В общем, одна морока.
А тут были мы на одном немецком аэродроме. Он не крупный аэропорт, но коммерческие рейсы с него летают, и достаточно регулярно. Мы собираемся улетать, в это время как раз садится лайнер WizzAir. Полосы рулежки на этом аэродроме не все подходят для авиалайнеров по ширине, поэтому ему приходится развернуться на взлетке и ехать по ней до нужного съезда. Нам в это время разрешают выехать на взлетку с нашего конца и приготовиться. Мы стоим, ждем, лайнер рулит. Вдумчиво рулит, медленно. Через пару минут не выдерживает диспетчер. WizzAir, говорит она, поторапливайтесь, вы задерживаете отправление следующего самолета.

***
А вот моя летная школа базируется в аэропорту Цюриха. И аэропорт Цюриха всячески не скрывает, как они были бы рады, если бы нас совсем не было.
В прошлый раз отрабатывали мы с инструктором одну процедуру, надо было запросить разрешение, чтобы завести мотор. А мы сели в самолет минут на десять раньше нашего назначенного времени. Но было холодно, мы подумали, что было бы даже хорошо пораньше завестись, чтобы мотор погрелся. Я прошу разрешения, мне отказывают. Прошу еще раз, указывая, что мне надо прогреть мотор. Снова отказывают. Пожимаю плечами, отключаю радио - оно работает от аккумуляторов самолета; если сидеть ждать, пока мне там что-то разрешат, аккумулятор разрядится, и никто никуда не полетит. Большие-то самолеты на земле подключают к электричеству, а мы все сами.
Через десять минут включаюсь снова, снова запрашиваю разрешение. Я к вам, недовольно говорит диспетчер, уже несколько раз обращался, почему вы не слушаете?
Пока я заводила мотор, мой инструктор ругался по радио, объясняя диспетчеру тонкости обращения с маленькими самолетами.

***
В этот раз, снова в Цюрихе. Сообщаю, что готова к взлету, мне говорят ждать. Передо мной на взлетку едет авиалайнер, за ним виднеется второй, третий подъезжает к взлетке с другой стороны. Ничего удивительного, я жду. Через минуту диспетчер снова обращается ко мне и требует ехать прямо. Прямо передо мной все еще авиалайнер, я с сомнением подтверждаю, что услышала команду, маневрирую с целью пристроиться авиалайнеру в хвост. Это было не прямо, раздраженно говорит диспетчер, переключитесь на другую частоту (при том, что я к нему как раз только что с той частоты пришла, потому что он отвечает за взлет, а та частота для передвижений по полосам рулежки).
У меня над головой, как в мультике, повисает вопросительный знак, я останавливаю самолет, опять же подтверждаю, что услышала, тянусь к радио, чтобы переключить частоту, когда диспетчер вдруг просыпается. Ой, говорит он. Это же я не вам. Там, оказывается, где-то ездил самолет с похожим позывным, он нас перепутал. Мне было велено стоять, где стою, и не лезть людям под колеса, второму самолету велели таки переключиться на другую частоту, до самого моего отлета ко мне обращались, используя полный позывной, а не сокращенный, как обычно делают для ускорения переговоров.
Тут, конечно, я и сама зевнула. По хорошему, еще с первой странной команды надо было не подтверждать, а переспрашивать. Мол, я такая-то, стою вот тут, передо мной два авиалайнера, мне точно ехать прямо? С другой стороны, если бы диспетчер действительно имел в виду именно меня, он бы на это переспрашивание оскорбился еще больше, мол, вы там и так медленные, а теперь еще и тупите, кто вас вообще сюда летать звал?
С третьей стороны, он-то там в диспетчерской, а я тут под колесами у авиалайнеров. Если что - его максимум временно отстранят от работы, а в больнице лежать мне. В общем, полезный урок на будущее.